Петя

Меня зовут Пётр. С самого детства я был не как все – мама говорила, что я со странностями, а врачи, что я не воспринимаю окружающую действительность.
Сколько я себя помню меня окружали эльфы. Мы все вместе жили в сказочном замке и разводили единорогов. По утрам мы ходили собирать волшебную росу на золотом лугу – росой мы поили единорогов.
Когда мне исполнилось восемь, меня забрали от родителей в дом с длинными белыми коридорами. Но я по-прежнему жил в замке с эльфами. Люди в белых халатах говорили, что никаких эльфов нет и замка тоже. Но я не мог поверить, что нет того, что я видел каждый день перед своими глазами.
Наступил сезон миграции космических павлинов и наш замок был для них пересадочной базой по дороге на Марс. Каждый вечер при свете луны мы провожали очередную делегацию космических птиц и долго махали им в след. Это было самое счастливое время в моей жизни.
Когда мне исполнилось восемнадцать, новые методы лечения стали возможны. Меня перевели в другое отделение, где каждый день я получал уколы. Разговаривать и вообще думать стало гораздо тяжелей – эльфы сказали, что я стал медлительный. Каждый раз, когда я пытался заговорить об эльфах, меня начинали бить.
В замке начиналась конференция магов. Знакомый кузнечик сказал, что неведомая сила хочет похитить меня из замка. Я ощутил себя плохо, и эльфы проводили меня прилечь... Я расслабился и представил себя принцем, отчётливо почувствовал корону на своей голове.
Внезапно через меня прошёл разряд тока, за ним ещё один. «Нет никаких эльфов!», - закричал голос позади.
Теперь я больше не вижу эльфов и нашего прекрасного луга с единорогами, я не думаю о них. Я просто боюсь. Теперь я не живу в сказочном замке…
Меня зовут Петя, я работаю слесарем на тракторном заводе города Минска. Из сказочного замка я переехал в маленькую однокомнатную квартиру в заводском районе. Каждый день походит в том же темпе – в течении восьми часов я делаю несколько монотонных движений руками, а вечерами мы с пацанами пьём вэдю и бакланим за всю хуйню. Мама говорит, что мне нужно жениться, что бы, когда она умрет, было кому сварить мне суп. 
Теперь я нормальный…